Translate

Dutch English French German

CashBack Возвращай деньги при покупках

CashBack Возврат денег при покупапках в интернет магазинах

П. ЧАЙКОВСКИЙ

ВРЕМЕНА ГОДА

Двенадцать

характеристических пьес для фортепиано, соч. 37

Article

У мирной неги уголок Ночь сумраком одела.

В камине гаснет огонек,

И свечка нагорела.

(А. Пушкин)

ФЕВРАЛЬ. МАСЛЕНИЦА

Скоро масленицы бойкой Закипит широкий пир.

(П. Вяземский)

МАРТ. ПЕСНЯ ЖАВОРОНКА

Поле зыблется цветами.

В небе льются света волны.

Вешних жаворонков пенья Голубые бездны полны.

(А. Майков)

АПРЕЛЬ. ПОДСНЕЖНИК

Голубенький, чистый Подснежник-цветок.

А подле сквозистый Последний снежок.

Последние слезы О горе былом.

И первые грезы О счастье ином...

(А. Майков)

МАЙ. БЕЛЫЕ НОЧИ

Какая ночь! На всем какая нега! Благодарю, родной полночный край!

Из царства льдов, из царства вьюг и снега Как свеж и чист твой вылетает Май!

(А. Фет)

ИЮНЬ. БАРКАРОЛА

Выйдем на берег, там волны Ноги нам будут лобзать.

Звезды с таинственной грустью Будут над нами сиять.

(А. Плещеев)

ИЮЛЬ. ПЕСНЯ КОСАРЯ

Раззудись, плечо.

Размахнись, рука!

Ты пахни в лицо.

Ветер с полудня!

(А. Кольцов)

АВГУСТ. ЖАТВА

Люди семьями Принялися жать.

Косить под корень Рожь высокую!

В копны частые Снопы сложены.

От возов всю ночь Скрипит музыка.

(А. Кольцов)

СЕНТЯБРЬ. ОХОТА

Пора, пора! Рога трубят.

Псари в охотничьих уборах Чем свет уж на конях сидят Борзые прыгают на сворах.

(А. Пушкин)

ОКТЯБРЬ. ОСЕННЯЯ ПЕСНЬ

Осень, осыпается весь наш бедный га і Листья пожелтелые по ветру летят.»

(А. Толстой)

НОЯБРЬ. НА ТРОЙКЕ

Не гляди же с тоской на дорогу И за тройкой во след не спеши.

И тоскливую в сердце тревогу Поскорей навсегда затуши.

(Н. Некрасов)

ДЕКАБРЬ. СВЯТКИ

Раз в крещенский вечерок Девушки гадали:

За ворота башмачок.

Сняв с ноги, бросали.

(В. Жуковский)

С такими поэтическими эпиграфами месяц за месяцем в одном из московских периодических изданий 70-х годов прошлого века публиковались фортепианные миниатюры Чайковского, объединенные позже автором в цикл «Времена года». Времена года как символ человеческой жизни, как испоконвечные знаки космических стихий, отраженных в повседневности земного бытия, — так они трактовались в средневековых миниатюрах братьев Лимбургов, в фантастических портретах-аллегориях Арчимбольдо, в пейзажах Брейгеля; философские мотивы времен года проходят и сквозь историю музыки — Вивальди, Гайдн, Штокхаузен... Для «Времен года» Чайковского понятия космические, пожалуй, столь же мало подходящих, как и жанрово-описательные: скорее, это ландшафты души, ее движения и состояния. «Как пересказать те неопределенные ощущения, через которые переходишь, когда пишется инструментальное сочинение без определенного сюжета? — писал Чайковский Н. Ф. фон Мекк. — Это чисто лирический процесс Это музыкальная исповедь души, на которой многое накипело и которая по существенному свойству своему изливается посредством звуков, подобно тому, как лирический поэт высказывается стихами. Разница только та, что музыка имеет несравненно более могущественные средства и более тонкий язык для выражения тысячи раз-личййх моментов душевного настроения». Эти слова вполне могли бы стать авторским комментарием и к циклу «Времена года», где поэтические тексты, предпосланные композитором каждой пьесе. суть не «определенные сюжеты», а своеобразные эмоциональные камертоны «моментов душевного настроения».

Двенадцать пьес цикла были завершены к концу 1876 года. За год до этого Чайковский написал Первый фортепианный концерт, в феврале 76-го окончена работа над партитурой «Лебединого озера», а в начале следующего года Чайковский приступает к созданию «Евгения Онегина». В таком окружении фортепианные миниатюры оказались мало примечательными для современников. Сегодня же становится совершенно ясно, что, подобно прелюдиям Шопена, «Годам странствий» Листа или прелюдиям Дебюсси, цикл «Времена года» представляет собой малую антологию идей и стиля композитора; излучение творческого гения Чайковского здесь не меньше, чем в его «Онегине», симфонических сочинениях.

«Не мне, конечно, определять достоинства моих писаний, но могу, положа руку на сердце, сказать, что они все пережиты и прочувствованы мной и исходят непосредственно из души моей, — признавался Чайковский. — И для меня величайшее благо, что есть на свете другая родственная мне душа, которая так чутко отзывается на мою музыку. Мысль, что она прочувствует все. чем я был полон, когда писал то или иное сочинение, всегда воодушевляет и согревает меня».

Отношение Михаила Плетнева к творческому наследию Чайковского особое. В его концертных программах сочинения великого русского художника занимают одно из ведущих мест; нередко музыке Чайковского Плетнев посвящает целые клавирабенды. В его репертуаре сегодня почти все фортепианные сочинения композитора. «Когда я играю эту музыку. — говорит пианист, — то как бы погружаюсь в ту атмосферу, в которой жил композитор, ощущаю, будто прочитал его дневник или воспоминания. И открывается новая для меня грань восприятия жизни Чайковским, отраженная в творчестве». Пиетет Плетнева перед сочинениями Чайковского проявляется уже в том, как чутко вникает он в мельчайшие детали нотного текста; именно музыкантская проницательность позволила объединить в совершенном согласии субъективные чувствования исполнителя с объективной данностью текста. Но не об академической точности выполнения нотных знаков здесь речь, а об одухотворенном воссоздании музыки мастера. Действительно, исполнение Плетнева воспринимается как прикосновение к самым сокровенным страницам дневника. И в то же время его интерпретация рождена интеллектом и чувствами музыканта, живущего в конце XX века.

Плетнев передает новое ощущение стиля Чайковского. воплощая его в оригинальной манере, где почти беспедальная декламационность сочетается с гибкой пластикой кантилены, где звуковые краски тщательно выверены и все пронизано ясностью мысли. Глубинный психологизм — вот «гго, пожалуй, наиболее притягательно в искусстве Плетнева. И свойство этого психологизма своеобычное: сложные эмоциональные движения не даны им открыто, в них явно ощутима организующая сила ума. Отсюда и особый — плетневский — лаконизм выразительных исполнительских средств, который отнюдь не обедняет, а, наоборот, проясняет естественную красоту фортепианного звучания, отмеченного зачаровывающей прозрачностью и в то же время емкостью тембров.

Устремленность к новым смысловым горизонтам. Это свойство артистизма Плетнева раскрывается в его интерпретациях Бетховена, Шопена. Листа, со всей яркостью заявляет оно о себе в Чайковском. Его игра заставляет вспомнить слова А. Г. Рубинштейна: «Воспроизведение — это второе творение».

В. ЧИНАЕВ

* * *

“The Seasons”, a twelve-piece cycle, were written at the end of 1876. A year before that Tchaikovsky wrote the First Piano Concerto, in February 1876 — the score of “Swan Lake” and early in 1877 the composer began work at “Eugene Onegin”. Against the background of such major works the piano miniatures looked insignificant to Tchaikovsky’s contemporaries. However, Tchaikovsky’s genius reveals itself in them no less than in “Onegin” and his symphonic works.

“It is not for me to assess the merits of my works, but I can say with all sincerity that all of them have been deeply felt by me and come straight from the heart,” confessed Tchaikovsky.

Tchaikovsky’s music occupies a special place in Mikhail Pletnev’s repertoire. The pianist plays today almost ail Tchaikovsky’s piano works. “When f play this music,” says Pletnev, “1 seem to be immersed in the atmosphere in which the composer lived, as if I have read his diary or memoirs. And a new facet of life perception by Tchaikovsky opens up to me, perception reflected in his music.” Indeed, Pletnev's performance is like reading the most intimate pages of a diary. At the same time his interpretation is a product of intellect and emotions of a musician living at the end of thè 20th century. Pletnev conveys a new understanding of Tchaikovsky’s style, expressing it in an original manner. Profound psychologism is probably the most attractive feature of Pletnev’s performance, its character being rather unusual — complex emotions are not projected by him openly but through the organizing power of his intellect. Hence this special — Pletnev’s — laconicism of expressive performing devices, which rather than impoverishes enhances the natural beauty of piano sound, encha-ntingly limpid and at the same time rich in timbres.

 

DETAILS

 

Сторона 1

Январь. У камелька — 6.16

Февраль. Масленица — 2.50

Март. Песня жаворонка — 2.48

Апрель. Подснежник — 2.25

Май. Белые ночи — 4.19

Июнь. Баркарола — 5.18

Сторона 2

Июль. Песня косаря — 1.54

Август. Жатва — 3.32

Сентябрь. Охота — 2.47

Октябрь. Осенняя песнь.— 5.50

Ноябрь. На тройке — 3.05

Декабрь. Святки — 4.27

Михаил Плетнев

Звукорежиссер М. Пахтер Редактор И. Слепнев

Оформление художника И. Булавина На лицевой стороне конверта:

Б. Кустодиев. Сенокос

TCHAIKOVSKY

THE SEASONS

T welve

Characteristic Pieces for Piano, Op. 37-bis

Side 1

January. By the Hearth — 6.16

February. Shrovetide — 2.50

March. Song of the Lark — 2.48

April. Snowdrop — 2.25

May. White Nights — 4.19

June. Barcarole — 5.18

Side 2

July. Reaper’s Song — 1.54

August Harvest — 3.32

September. The Hunt — 2.47

October. Autumn Song — 5.50

November. Troika — 3.05

December. Christmas — 4.27

Mikhail Pletnev

Recording engineer M. Pakhter Editor I. Slepnev

Cover design by t. Bulavin On the front cover:

Kustodiev. Haying

 

 

All Vintage Vinyl Records VinylSU.xyz

1.png2.png3.png4.png5.png